Establishment - хроника настоящего - Александр Резанов: Золотая олимпийская медаль – главная победа моей жизни - запорожский еженедельник, газета Истеблишмент, запорожская газета, хроника настоящего, спорт

Справка

Александр Резанов (гандбол, линейный, рост – 197 см) родился 6 октября 1948 года в г. Александровск-Сахалинский. Первый тренер – Ефим Полонский (СДЮШОР «ЗАС», Запорожье). С 1966 года по 1983 годы защищал цвета запорожских команд «ЗМетИ» и «ЗИИ», а с 1969 по 1979 годы – и сборной Советского Союза. Обладатель Кубка ИГФ (IHF) 1983 года в составе «ЗИИ», серебряный призер чемпионата мира 1978 года. Чемпион XXI Олимпийских игр 1976 года (Монреаль). Серебряный призер (1971 г.) и 5-кратный бронзовый призер чемпионатов СССР (1972, 1975, 1982-1984гг.). Трехкратный серебряный призер Спартакиады народов СССР и 3-кратный победитель Спартакиад Украины, 3-кратный чемпион Украины. Заслуженный мастер спорта. Награжден медалью «За трудовую доблесть» и грамотой Верховной Рады УССР. Окончил Запорожский филиал Днепропетровского металлургического института и ЗГПИ. На тренерской работе с 1983 года. Работал в СДЮШОР № 3 и ШВСМ (Запорожье), в команде мастеров «ШВСМ» (Кишинев, Молдова), «ЗИИ». Главный тренер мужской и женской национальных сборных Турции (1991-1995 гг.), тренер команды «Бешикташ» (Турция, 1995– 1998 гг.). С 1998 года – тренер «ЗТР», с 2009 по декабрь 2011 года – главный тренер «ЗТР». Работал тренером национальной сборной Украины (2001, 2006 гг.), а также юношеской, молодежной сборных Украины. Депутат трех созывов Запорожского горсовета. Работает главным тренером по подготовке резерва ГК «ЗТР».

Встреча корреспондента «ИТ» с Александром Резановым в какой-то мере символична, поскольку состоялась в год Олимпийских игр. На протяжении всей своей 45-летней карьеры Резанов всегда демонстрировал необычайное трудолюбие, ответственность, доброту и, главное, глубокую порядочность. И вот сегодня о его жизни мы многое узнаем из первых уст.

Олимпийская стрельба по живым мишеням

– Александр Геннадиевич, с момента Вашего олимпийского триумфа прошло около 36 лет. Что осталось в памяти о том событии?
– Дело в том, что по всем показателям мы должны были еще четырьмя годами раньше – в Мюнхене – завоевать олимпийское «серебро». В составе олимпийской сборной образца 1972 года Запорожье представляли вратарь Михаил Ищенко и я. К сожалению, в Мюнхене мы стали лишь пятыми, хотя должны были стать стопроцентно вторыми, поскольку в тот год сборная Югославии была вне конкуренции. В игре за выход в полуфинал нам предстояла «проходная» для нас игра с чехами. Однако утром в день игры после пробуждения нам сообщили о террористическом акте с человеческими жертвами в аэропорту против спортсменов Израиля и что в связи с этим Олимпийские игры могут быть досрочно закрыты. По крайней мере, все соревнования в тот день были отменены, и никто не знал, чем этот международный инцидент закончится. Продолжить Олимпиаду решили глубокой ночью. И когда на следующий день мы вышли на игру, что-то у нас разладилось. Первый тайм сыграли вничью 7:7, а потом провалились и проиграли три мяча. Ветераны команды Юрий Климов и Анатолий Шевченко, которые понимали, что та Олимпиада могла быть последней в их карьере, чуть ли не рыдали.

– Не менее обидно было и вам, молодым…
– В ряды сборной Союза меня пригласили в 1967 году, когда мне было всего 19 лет. Для меня это было полной неожиданностью. В то время в сборной страны играли запорожцы Валерий Зеленов и Валентин Цапенко.

Зимой 1970 года, после провала сборной на чемпионате мира во Франции (9-е место), началось обновление сборной Союза. Из Запорожья в нее пригласили еще Мишу Ищенко и Толю Артамонова.

– К счастью, в Монреале сборная Союза была на высоте…
– Начну с того, что в сборную чуть позже были включены еще два запорожца: Юрий Лагутин и Сергей Кушнирюк. Впереди было четыре года напряженной работы. К счастью, сборной ни в чем не отказывали. После каждого тура чемпионата Союза проводились 24-дневные сборы в Цахкадзоре (Армения), в Силламяэ (Эстония), в Подмосковье, летом – в Сухуми. Причем на сборах в Эстонии и Сухуми вместе с игроками были и их семьи. Было много выездов на турниры за рубеж, мы выиграли предолимпийский турнир в Монреале. В последние два года перед Олимпиадой-76 мы не знали поражений, но в Монреале в группе мы проиграли два мяча Югославии. К тому же в той игре Юра Лагутин получил тяжелую травму спины. Кое-кто на нас даже поставил крест. Благо, тренер Евтушенко на собрании команды заявил: «Вот посмотрите, Югославия проиграет немцам, поэтому мы должны обыграть Германию». В дальнейшем все у нас получилось очень здорово, и в финале с румынами мы сыграли достойно. В первую очередь вместе с Женей Чернышевым и Климовым нам удалось заблокировать броски их главного бомбардира – Бертолана. При счете 8:2 в нашу пользу румыны расклеились, а у нас здорово отстоял в воротах Ищенко.

– И как же Родина отблагодарила своих сыновей-героев?
– Кроме медалей и грамот, мы должны были получить по 4 тысячи долларов. Но в Монреале нам выдали на руки только по 400 долларов, а остальные выдали в Москве, конвертировав в рубли по курсу 95 копеек за доллар.

Ну, что вам рассказать про Сахалин?

– Мой отец родом из Кинешмы, служил в погранвойсках на Сахалине, там же женился на моей будущей маме, которую обком комсомола направил из Канева на партийную работу на Дальний Восток. После окончания сверхсрочной службы отца в 1953 году наша семья переехала в Запорожье, потому что, во-первых, в Михайловке жила мама моей мамы, то есть моя бабушка, и вся ее большая родня – четыре сестры и два брата. К тому же говорили, что в первые годы своей жизни я был не очень крепким ребенком, и доктора рекомендовали сменить климатический пояс. Мама, Серафима Марковна, в Запорожье работала в Ленинском райкоме партии, нам дали квартиру на улице Трегубенко. Каждое лето я проводил у бабушки в Михайловке. До 10 класса активно занимался баскетболом. Моим первым тренером был Иван Ильич Белый. В нашей группе тренировались Витя Горбачев, Боря Горелик, Коля Томин, в будущем гандбольный вратарь и тоже олимпийский чемпион Монреаля, Витя Шкарлат. Тогда 6-й поселок считался неформальным центром города: стадион «Металлург», Бродвей, детская спортивная школа на месте нынешней Инженерной академии…

– И когда же в Вашей жизни появился гандбол?
– Восемь классов я закончил в 62-й, а 11-й – в 50-й школе, куда физрук Зинаида Михайловна Мерзлова, лучший вратарь Украины 1946-1952гг, приглашала потенциальных гандболистов. Там уже учился Володя Богатиков, Валера Повелко, которые уже тренировались в «ЗАСе». Позже гандболистом стал и я.

Деньги на мячи зарабатывали на овощных базах

– А потом были «ЗАС», «ЗМетИ», «ЗИИ»…
– Однажды на площадке «ЗАС» нашу баскетбольную команду увидел Ефим Иванович Полонский и дал задание нашим одноклассникам переманить нас в гандбольную школу «ЗАС». Это было в 10-м классе. Однако свой выбор я долго не мог сделать, поскольку играл в сборной Украины по баскетболу среди школьников. Почти год я ходил на тренировки и по баскетболу, и по гандболу. Но после разговоров о больших перспективах запорожского гандбола – в городе уже была команда мастеров, были игроки сборной СССР (Зеленов, Резников, Попадчук, Ефремов) – я окончательно связал свою жизнь с гандболом. И когда я учился в 11-м классе, главный тренер «ЗАС» Анатолий Музыкантов впервые взял меня в Тбилиси на игры чемпионата Союза.

– Потом судьба свела Вас с Семеном Полонским…
– После окончания школы, в 1966 году, Семен Полонский закончил карьеру игрока и создал команду «ЗМетИ», и все выпускники-гандболисты школ и игроки Ефима Ивановича стали ее игроками. Были моменты, когда мы всей командой ездили работать на овощную базу, чтобы заработать на гандбольные мячи, тренировались. Команду всячески поддерживал ректор института Михаил Потебня, а со временем он построил на Хортице Центр олимпийской подготовки по гандболу. Мы к тому времени попали в высший дивизион советского гандбола, где сразу же завоевали «серебро».

Особенности электрического стула

– После окончания карьеры игрока Вы сразу же стали тренером?
– Моя карьера гандболиста когда-то должны была завершиться. Мне было 35, я 13 лет был капитаном команд «ЗМетИ» и «ЗИИ», свершилась и самая заветная мечта любого спортсмена. Но жизнь продолжалась, в трудные 90-е мне надо было содержать свою семью. У меня на руках были два диплома, и я снова выбрал гандбол. Сначала работал детским тренером в Запорожье, затем мне предложили работу в Кишиневе – Молдова хотела иметь свою команду в высшей союзной лиге, поскольку команда Тирасполя номинально была командой Одесского военного округа. Поставленную задачу я выполнил, и через год по приглашению спортивного руководства города возвратился в ЗИИ. Валерий Зеленов работал главным, а я – тренером. Потом 8 лет работы в Турции...

В декабре 2011 года после серии поражений «ЗТР» Александр Резанов по собственному желанию оставил пост главного тренера команды, который занимал с 2009 года.

– Последние годы для «ЗТР» оказались не самыми лучшими – команда не попадала в Лигу чемпионов.
– Это наш самый больной вопрос. Квалификационный раунд Лиги чемпионов в Греции остался в памяти кошмарным сном. В игре с командой Кипра, которая на голову слабее нас, даже при слабой игре мы вели 5 мячей, но на последних секундах пропустили курьезный гол, который и сыграл роковую роль при определении победителя турнира. Потом мы сыграли вничью с греческим клубом и по общей разнице забитых и пропущенных голов остались за бортом группового турнира Лиги чемпионов. И по возвращению домой в руководстве команды произошло изменение: Владислава Дидушенко отправили в отпуск, а и. о. главного тренера назначили меня.

– Однако что-то радикально изменить оказалось не так просто...
– «ЗТР» два раза выиграл «золото» чемпионата Украины, но проблем в команде не убавилось. Ежегодно сильные игроки уходили из команды, и нам с трудом удавалось закрывать свободные позиции. В преддверии нынешнего чемпионата очень долго решался вопрос перехода к нам из «Буревестника» Бегаля и Карамышева – на предсезонном сборе их еще не было в команде. На сборе у Константинова случился разрыв 4-главой мышцы, после выступления в сборной у Бурки появились проблемы с локтем, боль в руке после его «выстрелов». Потом травму получил Петричко, а в Минске появились проблемы с мениском у Миши Кривчикова. Поэтому на турнире в «ЗАС» мы играли в основном игроками 1994 года рождения. Если к этому добавить полугодичную дисквалификацию Ганчева, травму Зотова и Кисиля, картина получается безрадостная. Хорошо, что мне удалось пригласить в команду Дорощука, игравшего в одном из клубов Израиля.

Естественно, было неспокойно на душе. В первой игре чемпионата с «МЗЗ» мы вели в пять голов в первом тайме, но на последних секундах получает травму Цап, а в начале второго тайма – Бегаль. То есть сразу выбывают из строя два игрока основного состава. В итоге мы проиграли с разницей в один гол.

– Ситуация не из приятных…
– А потом еще был домашний матч с «Портовиком, в котором мы за 10 минут до финальной сирены вели 6 мячей, но проиграли один гол. Я был в шоке. И в следующей игре с «Буревестником», у которого мы на выезде легко выиграли 12 мячей, мы тоже уступаем с разницей в один гол. После этого я ночь не спал. Масла в огонь подлили комментарии болельщиков, которые меня обвинили во всех грехах и советовали уходить с поста. И, может, еще и под этим впечатлением я на следующее утро приехал в клуб и написал заявление с просьбой уволить меня по собственному желанию. Я считаю, что тренер в любом случае должен отвечать за результат. Я понимал, что надо было что-то менять. Мою отставку приняли и отправили в отпуск.

– В каком статусе Вы сейчас работаете в клубе?
– В настоящее время работаю главным тренером гандбольного клуба «ЗТР» по подготовке резерва. Особенно много индивидуально работаю с перспективными братьями-близнецами – Романом и Русланом Гончаровым, 1994 года рождения, рост по 204 сантиметра. Работаю с ними над ошибками после общих тренировок.

Мемуары – удел полководцев и президентов

– Александр Геннадиевич, дети и внуки пошли по Вашим следам?
– Я сам был против того, чтобы мои дети повторили весь мой трудный путь в большом спорте. К большому сожалению, я их почти не видел за сборами, тренировками, играми. Дочь Оля занималась плаванием в «Орбите», ходила в перспективных, но потом захотела стать гандболисткой. Не получилось. Я хотел, чтобы мои дети занимались спортом в свое удовольствие – ради здоровья, осанки. Сын Руслан, правда, три года занимался у Николая Крохмаля, немного играл в Турции, а вот его дочь Арина, говорят, считается перспективной волейболисткой, 6 лет занимается этим красивым, бесконтактным спортом. Сначала тренировалась у Любови Перебейнос, а теперь – у Виктора Перебейноса, в Запорожском спортивном интернате. Я счастлив и горжусь тем, что мой внук Ярослав, вроде бы моя копия, сын дочери Оли, студент третьего курса Киевского политехнического университета, осваивает профессию инженера информационных технологий, причем учится на бюджетной основе.

– Мемуары писать собираетесь?
– Думаю, мемуары – это для полководцев и президентов. Засесть за мемуары я не собираюсь. Не хочу. Вы наверняка знаете о книге Семена Полонского, который живет в Канаде. Непонятно, что заставило уважаемого мной авторитетного тренера написать так много сомнительных строк. Поистине получился классический случай: автор мемуаров всегда наживает себе врагов – тех, кого не назвал, и тех, о ком вспомнил. Кстати, у меня есть одна просьба к запорожским журналистам: пожалуйста, верните все фотографии из моего семейного архива. Все разобрали и не возвратили. Честное слово, не осталось практически никакой памяти об Олимпиаде.

– Что ж, спасибо за беседу, удачи Вам, крепкого здоровья.

Александр Резанов: Золотая олимпийская медаль – главная победа моей жизни

другие материалы по теме: